Гражданскому обществу - гражданское просвещение

Вспомнить пароль
Запомнить пароль
  Путь : Главная / / Мария Липман: Без цинизма и иронии 

Мария Липман: Без цинизма и иронии

Мария Липман: Без цинизма и иронии 25 октября 2012, 18:03 автор: Липман Мария

О том, как устроена президентская кампания в США, чем определяются предпочтения американцев и как кандидаты пытаются завоевать их голоса, в интервью «Газете.ру» рассказала эксперт Московской школы политических исследований и Московского центра Карнеги, главный редактор журнала Pro et Contra Мария Липман.

— Между чем и чем выбирают американцы? Или между кем и кем?

— Круг вопросов, которые в наибольшей степени интересуют американцев, включает не меньше десятка пунктов, по которым Барак Обама и Митт Ромни расходятся.

Главные из них связаны с экономикой. Прежде всего это безработица. Об Обаме судят по тому, что он смог сделать за четыре года. О Ромни — по его обещаниям и жесткой критике Обамы, чья программа по созданию рабочих мест, настаивает Ромни, оказалась несостоятельной.

Достиг ли Обама каких-то результатов в борьбе с безработицей? Он считает, что да. И, как президент, отработавший первый срок, говорит, что ему нужно дать еще время, немножко потерпеть — и принимаемые им меры дадут обещанный результат. Самый главный аргумент, который стремится использовать любой конкурент действующего президента: «Можете ли вы сказать, что сегодня вы живете лучше, чем четыре года назад?» Ромни напирает на то, что Обаме за его четыре года практически не удалось снизить безработицу: она уже в течение длительного времени удерживается на уровне выше 8%, это очень высокий уровень для Америки. Пару недель назад ее показатели снизились до 7,8%, что, по крайней мере, лишило республиканцев возможности повторять свою мантру про «больше восьми процентов». Но безработица все равно остается высокой, и это одна из важнейших причин разочарования американцев в Обаме и сомнений в том, стоит ли его поддерживать, даже среди тех, кто голосовал за него четыре года назад.

Еще один экономический вопрос, который волнует американских избирателей, это налоговая политика. Хотя в какие-то периоды новейшей истории разница между республиканцами и демократами сильно сглаживалась, налоговая политика составляет одно из коренных различий. В экономике республиканцы в большей мере делают упор на дух предпринимательства, бизнес как двигатель экономического развития и выступают за сокращение роли государства и государственных расходов. Демократы — за большую роль государства и большие государственные (в частности социальные) расходы, что влечет за собой увеличение налогового бремени. Это вечный спор.

Обама отменил введенное его предшественником на посту президента, Джорджем Бушем-младшим сокращение «налога для богатых», для тех, кто зарабатывает больше $250 тыс. в год. С точки зрения республиканцев, снижение налога на богатых призвано стимулировать предпринимательскую деятельность, а значит, создавать рабочие места, и в конечном итоге должно способствовать экономическому росту.

Другие важные вопросы, по которым Обама и Ромни расходятся, это здравоохранение и медицинское страхование; иммиграция; политика США в отношении конфликтов за пределами страны (в какой мере миссией Америки должно быть военное вмешательство); отношение к абортам и однополым бракам (позиция демократов отличается большим социальным либерализмом, а республиканцы придерживаются более консервативных позиций); энергетика и экология. Если говорить о различиях между республиканцами и демократами в целом, то у первых социальный консерватизм сочетается с экономическим либерализмом, а у вторых — наоборот, более либеральное отношение к социальным вопросам и больший упор на государственное регулирование.

Те, кто еще не принял решение, могут облегчить себе выбор между Обамой и Ромни, узнав, с кем у них больше совпадений во взглядах. Для этого нужно ответить в интернете на интересующие вопросы и сравнить свой ответ с ответом Обамы и Ромни. Такая же возможность была предоставлена и нашим согражданам в рамках предвыборной кампании в Координационный совет оппозиции.

Но сейчас, за пару недель до выборов, американский электорат разделился практически точно пополам, борьба необыкновенно жесткая, и невозможно сказать, на чьей стороне преимущество.

— По перечисленным вопросам избиратели, наверное, определились еще в начале кампании? Зная, что будут предлагать демократы и что республиканцы?

— Не совсем так.

В электоральном смысле американцев можно разделить на тех, кто голосует за «свою» партию, то есть только за демократа или только за республиканца, какой бы ни был кандидат. Кстати, такое «электоральное постоянство» проявляют не только люди, но и некоторые штаты.

Существует немало штатов, которые на президентских выборах раз за разом отдают предпочтение одной и той же партии. Это особенно важно, потому что, не будем забывать, в Америке не прямые выборы президента, а через коллегию выборщиков, то есть то, как проголосовал штат, определяет позицию его выборщиков на заключительной стадии голосования.

Есть люди, которые не имеют безусловных априорных предпочтений, а прислушиваются к аргументам, анализируют предлагаемые кандидатами меры и стремятся сделать рациональный выбор (разумеется, среди тех, кто хранит «партийную верность», многие убеждены, что тоже делают рациональный выбор). Но немало и тех, кто не может определиться с выбором до самого конца, — за них-то и идет самая ожесточенная борьба по мере приближения дня выборов.

К последней категории относятся как те, кто меняет свое мнение, так и те, кто вообще мнения не имеет и решает в последний момент. Часть тех, кто сделал выбор в пользу Обамы четыре года назад, сегодня уже не испытывают былого энтузиазма; кто-то из их числа на этот раз может уйти к республиканцам и проголосовать за Ромни, кто-то, возможно, вообще не пойдет голосовать.

Иногда исход американских выборов решает очень незначительное количество голосов. В этом некоторый парадокс и ирония кампании, на которую тратятся феноменальные средства, усилия и энергия: в конечном итоге борьба ведется за совсем небольшой процент избирателей.

На выбор людей влияет, разумеется, не только то, как Обама и Ромни предлагают решать стоящие перед Америкой проблемы. Не менее важно и впечатление, которое производят кандидаты, например, во время телевизионных дебатов. Интерес к дебатам очень велик: и первые, и вторые дебаты собрали от 60 до 70 миллионов зрителей. Кроме того, колоссальные деньги тратятся на предвыборные ролики, которые в основном содержат жесткую критику соперника.

Оттого, что исход выборов в конечном итоге определяет не общенациональное голосование, а то, как проголосуют штаты (как правило, эти результаты совпадают, но бывают и исключения), в тех штатах, чей выбор надежно определяется традиционным предпочтением, ни Обаме, ни Ромни нет нужды вести активную кампанию и увеличивать число своих сторонников. Так обстоит дело, например, в самом населенном американском штате Калифорния или в штате Нью-Йорк (оба традиционно «демократические»): сегодня у Обамы в обоих неоспоримое преимущество, так что голоса всех выборщиков этих двух штатов точно отойдут действующему президенту. Есть, разумеется, целый ряд штатов, чьи голоса, безусловно, получит Ромни.

Американская электоральная карта сейчас делит штаты на пять категорий: те, что твердо поддерживают того или другого кандидата; те, что склоняются в пользу того или другого; наконец, неопределившиеся штаты — где разница рейтингов менее 5%. Таких остается примерно с десяток; в последние недели их число колебалось от 8 до 11. Количество выборщиков, определяющее вклад штата в итоговый результат, формируется на основе численности населения. Самый большой из колеблющихся — Флорида. Он уже не раз играл ключевую роль в определении победителя гонки, поскольку результат голосования в нем было невозможно предсказать до самого последнего момента. Видимо, не случайно заключительный раунд дебатов проводился именно там. Победа во Флориде дает 29 голосов выборщиков, которые могут радикально изменить результат. Пока кандидаты идут там «голова в голову». Еще один штат, который сыграет важнейшую роль в определении исхода выборов, — Огайо.

— А что происходит со штатами типа Массачусетса? Где традиционный выбор — демократы, а губернатором был республиканец Ромни?

— Массачусетс традиционно отдает предпочтение демократам. По октябрьским опросам, Обама здесь опережает Ромни на 18%. Бывает, что вполне успешный и популярный губернатор штата — представитель не той партии, за которую штат голосует на президентских выборах. Как, например, Шварценеггер — республиканец, который был губернатором штата Калифорния, где, как правило, большинство на президентских выборах достается демократу. Ромни тоже был вполне успешным губернатором в своем штате и, кстати, провел там реформу здравоохранения, которая не сильно отличается от той, что Обама предлагает для всей страны. Что не мешает Ромни жестко критиковать эту реформу и, в свою очередь, получать упреки в том, что он слишком легко меняет свои убеждения (более жесткие противники обвиняют его в беспринципности).

— Есть ли какая-то специфика у этих колеблющихся избирателей как группы населения?

— Категории могут быть самыми разнообразными. Например, выходцы из стран Латинской Америки, которые составляют все больший и больший процент в США. Очень важная категория, за которую, например, небезуспешно боролся Буш-младший в свою последнюю кампанию. Сегодня у Обамы значительное преимущество среди этой категории американцев (70% против 25%, готовых отдать голоса за Митта Ромни) — по всей видимости, благодаря тому, что действующий президент США выступает за более либеральную иммиграционную политику.

При этом в штате Флорида большой процент населения составляют выходцы с Кубы, которые чаще склоняются к республиканцам: беженцы из коммунистической страны с особенной страстью поддерживают экономический либерализм, антикоммунизм и т. д. По той же причине наши бывшие соотечественники, ставшие американцами, тоже часто голосуют за республиканцев и охотно разделяют тезис противников Обамы о том, что он чуть ли не собирается строить в Америке социализм.

В Огайо и Пенсильвании, где исход выборов остается неясным, известное влияние имеют выходцы из Восточной Европы, например из Польши. Для этих групп среди прочего имеет значение политика в отношении России, хотя и Россия (к которой они, мягко говоря, не слишком расположены), и внешняя политика в целом, конечно, куда меньше интересуют американских избирателей, чем собственное экономическое положение. Но, стремясь уязвить Обаму,

Ромни уже не раз пользовался аргументом о мягкотелой политике действующего президента США в отношении России. Путин был единственным из числа зарубежных политиков, чье имя прозвучало именно в таком контексте в выступлении Ромни на съезде Республиканской партии в конце августа. Для общенационального электората такие вещи значения не имеют, но для отдельных групп могут оказаться существенными.

— Обама получает какую-то инерционную поддержку? Считается, что первый срок скорее не пошел на пользу его имиджу в глазах граждан.

— Это справедливо в отношении почти всякого президента: по окончании первого срока ему предъявляют счет за все не решенные проблемы. В случае Обамы дело усугубляется, конечно, последствиями тяжелейшего финансово-экономического кризиса.

Во время президентской кампании четыре года назад многие в Америке связывали с Обамой большие надежды. Американцы тогда очень нравились самим себе: они гордились тем, что американский народ добился колоссального успеха в борьбе с расизмом, так что теперь лидером нации может стать чернокожий президент. И вслед за восторгом от самих себя они испытывали и огромный энтузиазм по поводу Обамы.

Сегодня на вопрос «Стали ли вы жить лучше, чем четыре года назад?» немалое число американцев склонно дать отрицательный ответ. И, разумеется, Ромни использует это на полную катушку.

Инерция поддержки, тем не менее, проявляется: у тех, кто всегда голосует за демократов, или например, у тех, для кого Ромни категорически неприемлем в силу своего социального консерватизма.

Для той (ограниченной) категории сторонников демократов, которые с особым вниманием относятся к проблеме прав человека, важное значение имела проблема Гуантанамо — тюрьмы на американской военной базе, где без суда уже много лет содержатся в заточении обвиняемые в терроризме. Обама обещал разобраться с этим вопросом и закрыть тюрьму, но не сделал этого. Чем вызвал большое разочарование у части своего ядерного электората. Но, конечно, эти люди все равно за него проголосуют. Ведь это не единственное, что их заботит, а вероятная победа Ромни вселяет тревогу — из-за его социального консерватизма, из-за планов снизить налоги, но при этом увеличить военные расходы, и оттого, что он слишком часто говорит о применении американской военной силы за рубежом.

В ходе предвыборной кампании у Обамы было значительное преимущество среди женской части электората. В частности, потому что для этой категории американских избирателей важна позиция Обамы по поводу абортов, по вопросу о планировании семьи (Обама выступает за включение противозачаточных средств в страховое покрытие), а также о равной оплате труда для мужчин и женщин. Но на последнем этапе Ромни, чьи взгляды обычно гораздо более консервативны, сумел очередной раз проявить свойственную ему переменчивость (или беспринципность) и упрочил свою поддержку среди американских женщин, так что практически сравнялся с Обамой по этому рейтингу.

На прошлой неделе во время встречи со своими сторонниками в Вирджинии (еще один колеблющийся штат) Обама напирал на то, что Ромни постоянно «забывает», какой именно точки зрения он придерживался в прошлый раз. «Я предлагаю назвать это «ромнезией», — заявил Обама под восторженные крики вирджинских демократов.

Среди тех, кого Обама завоевал в прошлый раз, кто в 2004 году голосовал за Буша и «переметнулся» на сторону демократического кандидата, или тех, кто вообще предпочитает не принимать участие в президентских выборах, но изменил привычному равнодушию ради Обамы (прежде всего это касалось тогда молодых избирателей), инерция, вероятно, не сработает, потому что нет уже того энтузиазма.

— Представление о маятнике, качающем Америку от демократов к республиканцам и обратно, насколько оно оправданно?

— Конкретных факторов, определяющих исход, бесконечное количество, и лежат они как внутри кампании, так и даже за пределами Соединенных Штатов. Поэтому говорить о некой «надмирной» силе, которая качает американскую политику туда-сюда, глупо. Я бы говорила о том, что у американских избирателей есть выбор. И они верят в него, относятся к этому без привычного для российских условий цинизма и иронии, пользуются этим выбором. Доминирующее в России представление о том, что от нас ничего не зависит, в Америке в этом смысле отсутствует. Американцы все-таки исходят из того, что следующего президента определяет голосование избирателей. На сегодня исход выборов предсказать практически невозможно. По результатам всех опросов, разрыв между кандидатами если и есть, то в пределах статистической ошибки. Не раз в ходе предыдущих президентских выборов (не считая победы Обамы, который в 2008 году одолел соперника с большим преимуществом) американцы — многие с замиранием сердца — вглядывались в надпись «too close to call» на экране своих телевизоров. То есть до полного завершения подсчета бюллетеней невозможно объявить результат, потому что голоса разделились почти поровну. Я уверена, что надпись «too close to call» будет возникать на экране и в этот раз.

Источник: Газета.ру



нет комментариев




Путь : Главная / / Мария Липман: Без цинизма и иронии
Россия, Москва, Старопименовский переулок дом 11 корп. 1, 2-й этаж,
  телефон: +7 (495) 699-01-73
Все материалы на данном сайте опубликованы некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента. Указано согласно закону №121-ФЗ от 20.07.2012 в результате принудительного включения в реестр