Гражданскому обществу - гражданское просвещение

Вспомнить пароль
Запомнить пароль
  Путь : Главная / / Что мы искали в Новом свете. И что нашли - выпускница-2012 Юлия Счастливцева о семинаре в США 

Что мы искали в Новом свете. И что нашли - выпускница-2012 Юлия Счастливцева о семинаре в США

Что мы искали в Новом свете. И что нашли - выпускница-2012 Юлия Счастливцева о семинаре в США 26 октября 2012, 20:12 автор: Счастливцева Юлия Анатольевна

Мне как гражданину России сложно любить Америку. Видимо, я есть типичный представитель своей страны с типичным набором стереотипов. Но в ней определенно есть чему учиться. Чувство, которое неизменно сопровождало меня во время визита в США, − это досада. Мне досадно, что у России с ее великой историей и культурой уже несколько столетий не складываются отношения между гражданами и государством, как складываются они в Америке. Опыт этих отношений и есть то полезное, что я вынесла из поездки, за которую благодарна Московской школе политических исследований и центру лидерства «Открытый мир».

Империя

Мы все-таки похожи. Когда в Вашингтоне я была в Мемориале Линкольна, смотрела фильм об истории Конгресса во время экскурсии по Капитолию, посещала Музей американской истории, меня неизменно сопровождали знакомые имперские мотивы, державная музыка и воздействие идеологии. В конференц-центре Белого дома старший директор по вопросам России и Евразии Элис Уэллс в отношении своей страны часто употребляла прилагательное «самый»: самая большая в мире экономика, самая большая военная мощь и проч. Да, это напоминает великодержавные амбиции СССР.

Американские эксперты признали, что стереотипы «холодной войны» в Америке сильны – даже больше, чем в России. Это видно. В Музее истории США в зале Второй Мировой войны о вкладе СССР в победу над фашизмом почти не сказано, а в Музее космонавтики краткий комментарий к портрету Юрия Гагарина умалчивает о первом полете в Космос. Но особенно меня поразил зал, освещенный зловещим красным светом, где значок атомной угрозы сменяется советским «Серп и молот». Впечатляет, знаете ли. Обретает смысл фраза Джона Апдайка: «Если нет холодной войны, какой смысл быть американцем?»

И потому усилия команды «Открытого мира» по построению дружеских и доброжелательных отношений с российскими лидерами вызывают у меня уважение. Это действительно большие усилия. Они меняют не только наше представление об Америке, но и представление принимающей стороны о России.

Недоверие

Ничто так не символизирует основания американской свободы, как Билль о правах, который был принят в 1791 году как первые десять поправок к Конституции. При этом приверженность правам человека была далеко не самоочевидна для основоположников американской Конституции. Чтобы это понять, достаточно почитать книгу Блэра А. Рубла «Вашингтонская U-стрит», недавно выпущенную Московской школой политических исследований. Она дает богатое представление о том, сколь непростым был путь Америки к современным идеалам.

Конституция Америки – результат недоверия к власти. Недоверие лежит в основе государственных и общественных институтов. Создатель американской Конституции Джеймс Мэдисон был одержим желанием ограничить концентрацию власти, институционально закрепив недоверие к правительству. Слово «подотчетность» наш переводчик Сергей употреблял довольно часто – в конференц-зале Белого дома, Сенате и редакции «Чикаго Трибьюн». Власть подотчетна народу, и двери Конгресса всегда открыты для граждан.

По мнению наших экспертов, «естественное развитие политических инстинктов обязательно ведет к диктатуре. Для сдерживания диктатуры необходимы свободные СМИ, независимый суд и честные выборы». Здесь на московские протесты и Болотную смотрят как на естественный и правильный процесс «сдерживания диктатуры». Проявления контрдемократии усиливаются с ростом недоверия к власти, это закономерно.

«Четвертая власть»

«Работая в администрации Рейгана, я ежедневно проводил время с журналистами, объясняя позицию президента. Если вы не встречаетесь с прессой, ваша политика не преуспеет. Пусть вам это не нравится, но вы обязаны объясняться перед журналистами. Кроме того, лучшая защита от негативных высказываний для политика – это новые высказывания», – объяснял нам бывший советник по вопросам национальной безопасности при Президенте США Рональде Рейгане Роберт Макфарлейн.

Стены редакции газеты «Чикаго Трибьюн» покрыты надписями – выдержками из Первой поправки, гарантирующей свободу слова. Здесь же – фраза Авраама Линкольна: «Пусть люди знают факты, и страна будет в безопасности». Уже вернувшись в Россию, мы узнали, что одиозный медиамагнат Руперт Мердок рассматривает покупку «Чикаго Трибьюн». Несколько дней назад журналисты этого издания говорили нам, что Мердок – «экстремальный пример собственника СМИ». Имелась в виду предвзятость его компании News Corp. В США ей принадлежит популярный телеканал Fox News, который демократы обвиняют в тенденциозной подаче новостей «в пользу» республиканцев. Такое поведение не принято в Америке, объясняли нам журналисты «Чикаго Трибьюн». «Владельцы изданий не рискуют навязывать журналистам свою точку зрения. Медиа воспринимаются здесь как экономический актив, как бизнес, а не как орган политического влияния, – сказал корреспондент издания «Сан Таймс» Дэн Михалополус. – Мы реально считаем себя сторожевыми псами. Два губернатора штата Иллинойс сейчас отбывают срок, в том числе в результате работы журналистов».

Пик свободы слова Америка пережила в середине ХХ века. Теоретики журналистики называют тогдашнюю концепцию СМИ «либертарианской», говоря о полном контроле прессы над правительством. Позже появилась более реалистическая концепция «социальной ответственности» прессы, которая вводит ответственность журналиста и собственника СМИ в ранг этического закона. Однако от поведения собственника зависит далеко не все. В США выстроена мощная инфраструктура свободы, в которой работает пресса: законодательство, судебная практика, общественное мнение. Государство здесь почти не финансирует внутренние СМИ: на государственном обеспечении находятся только иновещательные радиостанции, к которым относится «Голос Америки». Остальная журналистика – это, как правило, бизнес. Независимость отдельных публикаций обеспечивают НКО, прямо финансирующие журналистские расследования. Делает это и бизнес: в корпорации «Боинг», к примеру, нам рассказали о программе поддержки свободы прессы.

НКО

У американцев есть хорошая привычка надеяться на себя. Не доверяя правительству, они естественно стремятся уменьшить его полномочия. Количество НКО в Штатах поражает: их около 1 миллиона. Фонды и общественные организации берут на себя часть государственных обязанностей и эффективно с ними справляются.

Как рассказали нам общественники, «задача НКО – решать проблемы, не решенные государством»: предоставлять людям недополученные услуги, перераспределять ресурсы между богатыми и нуждающимися, совершенствовать законодательство, сохранять культурные традиции. Благотворительные фонды не просто дают деньги, но инвестируют их в развитие. Основные темы инвестиций – права человека, правосудие, безопасность, эмиграция, репродуктивное здоровье, жилье, образование, окружающая среда, общественные СМИ, наука. НКО, направляющие ресурсы в другие страны, исходят из оценки проблемных зон реципиента. Права человека, например, – основное направление в России, Мексике, Нигерии. «Мы работаем на институциональные изменения», – говорят общественники. В качестве мотивов работы за рубежом они называют экспансию «универсального либерализма» и свой геополитический интерес.

Самоуправление

Жители района Чикаго неохотно участвуют в местных выборах, явка которых сильно уступает президентским. Здесь применимо высказывание китайского философа Лао-цзы «Лучший правитель тот, о котором народ знает лишь то, что он существует». А вот если это существование приносит проблемы, в гражданах США просыпается электоральный инстинкт.

В пригороде Виладж-Оак-Парк с населением 52 тысячи человек управление доверено сити-менеджеру – нанятому городским Советом профессиональному управляющему. Он контролирует повседневную работу служб и реализацию программ правительства. «Политик не должен управлять городом, профессионал справится с этим гораздо лучше. Город – та же корпорация, и президент в нем является генеральным директором», – говорит президент Виладж-Оак-Парка Дэвид Поуп.

Мы обменялись проблемами. Поуп понимающе кивал, слушая наши рассказы о том, как мэрии российских городов раздают землю бизнесу для строительства автозаправок, автостоянок, торговых центров на месте парков и клумб. «Если компания оформила все документы на строительство, администрация не может ей отказать. Однако такое право есть у городского Совета. Именно депутаты принимают окончательное решение. Нам нужны не всякие инвестиции, а хорошие инвестиции», – отметил Дэвид Поуп. Для убедительности он рассказал историю строительной компании, которая получила одобрение депутатов на пятый раз: процесс согласования занял несколько лет.

Американцы охотно используют в своем городе технологии прямой демократии, посещая, например, заседания городского Совета и активно вступая в дискуссию прямо в зале. А в последнее время депутаты Виладж-Оак-Парка публикуют на сайте города законодательные проекты и принимают их с учетом народных «поправок».

Силовики

Не знаю, есть ли в Америке подобное сленговое словечко. Но силовые ведомства не являются там корпорацией, живущей «по понятиями». В них выстроена система многоуровневой антикоррупционной защиты. Выдвигая обвинение, федеральная прокуратура обязана представить свои доказательства расширенной коллегии присяжных. В случае одобрения процесс идет дальше. Однако наличие такого фильтра не снимает обычного недоверия граждан к государственным ведомствам. По словам помощника федерального прокурора Каарины Саловаара, при всей прозрачности силовой системы американцы резко критикуют связь прокуратуры с ФБР и местной полицией, утверждая, что в Америке «можно выставить обвинение и бутерброду с колбасой».

Судья Терри МакКарти был великолепен. Как мы и предполагали, судьями в США становятся выходцы из адвокатуры, а не из прокуратуры, как в России. Судья МакКарти пришел в судьи из общественных адвокатов. Имея четверых детей, он не сожалеет, что они не пошли по его профессиональному пути и под его протекцию. Зато он с гордостью сообщил, что жена является президентом крупной адвокатской компании, – и значит, он «первый джентльмен». Правильно расценив наши улыбки, судья МакКарти подчеркнул, что самоустраняется от процесса, если в нем участвуют подчиненные жены. С силовиками у МакКарти отношения не очень. «Я плохой судья, – сказал он нам, вздохнув. – Сейчас в 12 часов я встречаюсь с агентом ФБР, чтобы дать добро на электронную слежку или отказать. Он (агент ФБР) будет доказывать, что все другие способы сбора доказательств исчерпаны. Но я чаще всего отказываю. Видимо, я плохой судья». Неудивительно. Он же бывший адвокат.

Практика суда присяжных оставляет судье чисто технические функции: следить за надлежащим исполнением процедур, оценивать объем доказательной базы. В сам процесс он почти не вмешивается. «Я искренне верю в суд присяжных. И в большинстве случаев я согласен с его решением. Люди, его формирующие, несут в себе ценности общества и собственное чувство справедливости», – считает судья МакКарти.

Россия

Американские эксперты избегали прямых оценок российской действительности, хотя явно имели их. Тем не менее, кое-что прозвучало. Думаю, что могу и должна это передать.

Джон О'Киф, исполнительный директор «Открытого мира», посол: «Отношение американцев к России по-прежнему окрашено воспоминанием о «холодной войне». Но мы по возможности меняем эту позицию».

Тоби Гати, член правления центра лидерства «Открытый мир»: «Мы не собираемся вам что-то навязывать. Просто внимательно смотрите кругом. А тем, что увидите, поделитесь с друзьями. Если между нашими странами установятся личные дружеские отношения, врагами мы не будем».

Сюзан Эйзензхауэр, внучка 34-го президента США: «Признаюсь, давно влюблена в Россию. Я наблюдаю за изменениями в ней с 1986 года и потрясена вашими достижениями. Нужно продолжать ломать исторические стереотипы».

Роберт Макфарлейн, бывший советник президента США Р. Рейгана: «Америка победила в холодной войне и решила, что может навязывать демократию другим регионам – там, где она не срабатывает. Какая идиотская идея. Уверен, наша страна усвоила полученные уроки».

Леон Эрон, директор программы русских исследований Американского института предпринимательства: «Зимние протесты в России – явление беспрецедентное, поскольку изменения здесь всегда происходили сверху вниз. Гражданское движение видит во власти необходимое зло, для американцев это вполне естественно. Дальнейшее распространение протеста будет носить вирусный характер. Никто не знает, когда социальные, политические и духовные условия сложатся так, что вспыхнет искра – и протестное движение соединится с народными массами».

Элис Уэллс, Совет национальной безопасности: «Мы гордимся достижениями USAID в России. И, несмотря на закрытие его офисов, будем искать пути сотрудничества с российским гражданским обществом. Мы считаем подобные организации эффективным способом совершенствования качества жизни в России».

Шелби Коффи, вице-президент организации «Форум свободы», журналист: «Не вините свою историю и культуру, не ссылайтесь на Гоголя, но найдите способ решить проблему коррупции своим поколением. Добивайтесь строгого следования букве закона. И сделайте эту проблему своей собственной – правоприменение должно быть персонифицировано».

М. Роберт Карр, адвокат: «Любой человек может нести перемены. Когда необходимость перемен становится мощной, начинать нужно с себя».

…Во время нашей поездки по Америке порой я ловила себя на том, что мы ищем минусы. Ошибки, умолчания, лукавство. Разве не этот мотив вызвал аплодисменты кого-то из нас после рассказа политтехнолога о фальсификациях на выборах президента (речь шла о Дж. Буше)? «Хм, – замечали мы, глядя на черный труд черного населения. – А ведь расового равенства вы не достигли». Может быть, так. Но нам не это нужно. Мои выводы после поездки касаются, прежде всего, России. Уверена, все мы вернулись домой с желанием изменить нашу страну к лучшему. И хочется делать это прямо сейчас.

P.S.: Программа семинара

Другие отзывы



нет комментариев




Путь : Главная / / Что мы искали в Новом свете. И что нашли - выпускница-2012 Юлия Счастливцева о семинаре в США
Россия, Москва, Старопименовский переулок дом 11 корп. 1, 2-й этаж,
  телефон: +7 (495) 699-01-73
Все материалы на данном сайте опубликованы некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента. Указано согласно закону №121-ФЗ от 20.07.2012 в результате принудительного включения в реестр