Гражданскому обществу - гражданское просвещение

Вспомнить пароль
Запомнить пароль
 Путь : Главная / Семинары / Региональные семинары / Российский регион в глобальном мире / Отзывы  

Российский регион в глобальном мире

Уфа. 21. 06
Прививка гражданственности - Гузель Ситдикова о семинаре в Уфедата:09 июля 2013   время:23:07 ;  автор:- Редакция сайта -

Так случилось, что мне довелось поучаствовать в двух семинарах Московской школы политических исследований с интервалом в одну неделю: спустя несколько дней после завершения федерального форума наша гостеприимная Уфа при поддержке Башкирской академии госслужбы и управления при Президенте РБ принимала независимых экспертов Школы уже на региональной площадке.

Деятельность Московской школы политисследований целиком сосредоточена вокруг просвещения: новые идеи и подходы к осмыслению истории и современности призваны развить дискуссию, сделать нашу жизнь более совершенной, считают эксперты. Не стал исключением и уфимский семинар «Российский регион в глобальном мире», прошедший за круглым столом в гербовом зале Госсобрания РБ. Наша стерлитамакская делегация насчитывала более десяти человек: это были выпускники и слушатели Школы, муниципальные служащие, заинтересованные лица...

Выдающийся специалист по регионоведению, профессор МГУ, директор региональной программы Независимого института социальной политики Наталья Зубаревич пояснила, что конкурентные преимущества региона подразделяются на два типа. И если с первым – природными ресурсами, выгодами и издержками географического положения – регион поделать в принципе ничего не может, то второй тип преимуществ уже целиком зависит от эффективности человеческого капитала, развития институтов, инфраструктуры и агломерационных процессов, суть которых заключается в концентрации и разнообразии. Наша республика в отношении разнообразия – национальном, религиозном, природном, промышленном и др. – находится в самом благоприятном положении. Это разнообразие никоим образом не провоцирует конфликты, напротив, уравновешивая, стороны не позволяют одна другой доминировать и навязывать свои приоритеты. Разнообразие «сшивает» и примиряет нас.

Регион в контексте страны

Наталья Зубаревич говорила о том, что агломерация шире административных границ и начинает работать сама при развитой инфраструктуре, здоровой экологии и возможности конкуренции для бизнеса. И, конечно, пояснила профессор, лишь при качественном городском планировании. К сожалению, горизонтальное взаимодействие в России между муниципалитетами неразвито, как, впрочем, и неразвита конкуренция между городами. Города не сражаются за право дать бизнесу лучшие условия. То есть вполне логично, если центральный город вдруг станет «задирать» цены, то бизнес уйдёт в ближний пригород. И это правильно. Но как только вы «слили» это всё в единое административное образование, полагает Зубаревич, конкуренция умирает. Города друг от друга далеко, и это тоже препятствует агломерированию.

В России 1090 городов, и это очень мало для такой страны. Все более-менее профессионально представляют, что имеют у себя в регионе, примерно догадываются, что происходит в Кремле, но каков регион или город на фоне остальной страны, как правило, не знают. А между тем, видеть себя в контексте – это важно. Примерно треть российских городов – «недогорода», исторически сформировавшиеся вокруг заводов. Городской культуры, торговцев, городского контекста – того, что в Европе называется городской буржуазией, там нет, сообщает Наталья Васильевна.

– Это слободы, которые очень трудно преодолевают свое «недогородское» развитие, здесь очень трудно с культурным контекстом и разнообразием, поэтому существуют серьёзные проблемы с поиском работы. Встал базовый завод – и у города резко ухудшается ситуация. Отсутствие разнообразия – большая проблема для российских городов.

Но есть и хорошие новости, отмечает проф.Зубаревич.

– Село Башкортостана живое, способное демографически воспроизводиться, а это означает, что идёт миграционный поток в города, которые им подпитываются. Башкирское село способно воспроизводиться и экономически, потому что люди мотивированы на зарабатывание денег. Кроме того, здесь есть ещё особый этнический фактор, гораздо более жизнеспособный, чем в других русских сёлах, где демографический переход совершился гораздо раньше. Они более постаревшие и, простите, более спившиеся. Это медицинский факт. К счастью, сёла республики крупнее, и это тоже очень важный ресурс развития. Башкирское село не надо спасать. Ему не надо мешать. Ему надо помогать.

У Башкортостана есть примерно 20-летний запас прочности. Когда Россия начнёт испытывать очень серьёзные проблемы с рабочей силой, у республики есть шанс подтянуть людей из малых городов и сельских поселений. Согласно статистическим данным, Уфа растёт за счёт естественного прироста и в меньшей степени за счёт миграционного притока. Город пока не использует свои агломерационные ресурсы на полную катушку. Это значит, что существуют проблемы либо с входом на жилищный рынок, либо с рабочими местами. Вот болячка и обозначилась. Про Сочи, Краснодар я говорить не буду, там всё понятно. Но Тюмень, Белгород, Екатеринбург… Последний стал полноценным межрегиональным центром: из Хантов туда едут за покупками и учиться, из Перми – работать. То есть город вырос до того размера, когда ресурс воспроизводится уже внутри, притягивается бизнес, притягивается население. Процесс пошёл. Посмотрим на Стерлитамак. Он растёт за счёт естественного прироста, а Салават в миграционном обмене уже население отдаёт. И это норма для всех моногородов. Нет альтернативных рабочих мест, молодёжь не задерживается, уезжает на учёбу и не возвращается. Но для Стерлитамака и Салавата – это потеря, а для Уфы-то – шанс! Поэтому здесь у вас конкуренция, и она очень серьёзная: кому-то в плюс, кому-то в минус. Нужно притягивать периферию, расти в режиме «пылесоса».

Первое правило для тех, кто управляет городом: большие города всё быстрее становятся торговыми. Нравится-не нравится, но это мощнейший ресурс развития. Промышленные города тяжело включают в себя торговые функции из-за неустойчивости развития, зависимости от коньюнктуры, и – что важно – ментальность у нас немножко другая. Для развития торговли размер города имеет значение, потому что существует зависимость между размером города и душевым оборотом розничной торговли. И это значит, что сервисные инвестиции должны быть продолжены.

– Какие у вас есть варианты? – Вопрошает Зубаревич. – Первый вариант – гонка за Казанью, как это делалось на протяжении многих лет. Но кто первый встал, того и тапки. Вариант второй – Екатеринбургская модель межрегионального центра – то, что сегодня потихоньку отстраивает Новосибирск. У Уфы такого опыта нет, но потенциально сделать это возможно. В-третьих, у вас очень большой собственный ресурс – 4,5 млн.населения. Есть на что опираться. Вдобавок здесь сильный аграрный сектор. А что если попробовать на неплохом индустриальном фундаменте (речь идёт, прежде всего, о химии и нефтехимии) простимулировать что-то постиндустриальное? Разумно оценив человеческий капитал, креативность, возможность что-то привлечь – то есть доразвить регион до более широкого баланса. Это управляемо. Расти, как говорит бизнес, органически – постепенно, шаг за шагом, без рывков. Зато когда «жахнет», у тебя позиция будет более-менее устойчивая, потому что ты добился баланса.

Сессия проф.Зубаревич, как и надо полагать, вызвала живейший интерес. Вопросы звучали самые разные – от международных тем до рынков сбыта сельхозпродукции Башкортостана. Слушатели не отпустили Наталью Васильевну даже на перерыв.

Вглядываясь в туман истории

Вторая сессия, проведённая редактором журнала «Неприкосновенный запас», независимым экспертом Московской школы политических исследований Андреем Захаровым, была посвящена духовным сторонам нашей жизни. Автор в докладе «Духовность в современном мире и парадоксы секуляризации» развивал свои тезисы, опираясь на анализ событий в Исламской республике Иран – государстве, которое в своё время было самым светским на Среднем Востоке. Иран, вслед за Турцией, почти полностью изгнал религию из своей общественно-политической жизни и в 1979 году пережил самую радикальную религиозную революцию. Возникает вполне закономерный вопрос: какова траектория развития общества, которое, пережив секуляризацию, отказ от религии, вновь становится религиозным? Андрей Александрович подчеркнул, что не станет говорить о российских сюжетах на эту тему: они сами отражённо высветятся в ходе сессии.

Процесс секуляризации, убеждает спикер, вполне закономерный и объяснимый процесс. Стабильность, предлагаемая религиозными системами, это, как правило, стабильность аграрных обществ, развивающихся по законам одних и тех же природных циклов. С переходом человечества к экономическим моделям иного типа авторитет религии вполне закономерно начинает падать, что, собственно, и обеспечивает основу для процесса секуляризации – освобождения социальной, экономической, политической жизни из-под влияния религии. Как показывает история, секуляризация развивается неровно и может оказаться обратимым процессом. Иран в 20-е годы прошлого века активно шёл по пути модернизации западного образца: появились светские школы, госконтроль над религиозными деньгами, светский нотариат и суд, женщины получили возможность учиться в университете и перестали носить чадру, в городах торговали спиртным. Вскоре в гонке за доходами от нефти была распущена демократическая оппозиция, опиравшаяся на новый средний класс. Тем самым, мечеть как легальный центр оппозиции усиливалась за счёт «модернизационных» и авторитарных амбиций шаха, так как средний класс был вынужден блокироваться с консервативным духовенством. Вокруг религиозного института собирались и вчерашние крестьяне, ставшие новоиспечёнными горожанами, но идейно «потерявшиеся» в крупном центре. Мелкие лавочники, защищаясь от иностранного капитала, также находили утешение в мечети. В итоге в 1979 году случилось неизбежное: религия триумфально вернулась в жизнь государства. Была проведена реставрация традиций, однако религиозные правители Ирана сумели избежать полноценного возврата к прошлому.

Подытоживая, спикер заметил:

– По всей вероятности, свёртывание светских начал и принципов в модернизирующемся обществе происходит, прежде всего, в тех случаях, когда экономические и культурные преобразования не подкрепляются политическими реформами. Общественное обновление, производимое в условиях политической монополии, обычно реанимирует религию, поскольку становятся востребованными те её социальные функции, которые называют иллюзорно-компенсаторными. Во-вторых, движение вспять, возвращающее религию в общественную жизнь, никогда не бывает полным. В-третьих, отступление в религиозную эпоху не может быть окончательным и бесповоротным, и обычно за ним следует новый виток секуляризации. Утверждение теократического режима в Иране повлекло за собой новый натиск светских ценностей, но в отличие от эпохи шаха, теперь это секуляризация не сверху, а снизу. Социологические данные по Ирану свидетельствуют, что засилье официальной религиозности сталкивается с всё большим неофициальным её отторжением.

Кроме того, добавляет Андрей Александрович, иранская революция доказала, что радикальные преобразования обществ не в силах поглотить светские ценности. В Иране по-прежнему женщины имеют доступ к высшему образованию, дочь выдают замуж гораздо позже законодательно разрешённых 9 лет, сохранены программы по здравоохранению и ликвидации безграмотности и др.

Среди корпуса вопросов, адресованных Андрею Захарову, меня поразили те, содержание которых сводилось к: возможна ли духовность без религиозности? Сфера духа не связана с религией, ответствовал спикер. Речь идёт о светском гуманизме. Представим себе, что есть некое высшее начало, которое заставляет людей любить друг друга. И люди, подчиняясь этому началу, любят и тяготеют друг к другу, творят добро. Представьте себе, что это высшее начало ушло. Что, люди перестанут любить и начнут друг друга грызть? Это неочевидно. Совсем напротив, без внешнего импульса люди будут сильнее тяготеть друг к другу, совместно изживая одиночество. Почему нерелигиозный человек не может ощущать себя духовным существом? Более того, достаточно посмотреть на творцов русской культуры, – художников, писателей – которых поражали какие-то другие особенности русской церкви, не связанные с воспарением к высшему. Дух – это Пушкин, Цветаева, Рембрандт…

Семинар завершился в конференц-зале ИА «Башинформ», где собрал, большей частью, журналистов, блогеров, активных граждан. Вёл сессию экономический обозреватель журнала «Forbes», эксперт МШПИ Борис Грозовский. Речь преимущественно шла о специфике профессии журналиста.

Удовольствие познания

Помните детское чувство непонятной привязанности к своим друзьям в загородном лагере? Когда живёшь вне привычных домашних стен и своих привычных друзей, когда за короткое время вдруг вспыхивают симпатии, рождаются отношения, возникает прочная дружба… Странно, но, взрослея, люди не теряют эту способность к спонтанному открытому взаимодействию, так рождается союз единомышленников. И будучи взрослым, ты ценишь больше это свойство души и ума быть открытым познанию. Семинары Московской школы политических исследований предоставляют уникальную возможность научиться мыслить критически, поддерживать и развивать дискуссию на хорошем уровне. По слову Чехова, чем выше человек по умственному и нравственному развитию, тем он свободнее, тем больше удовольствия доставляет ему жизнь. Уфимский семинар, по признанию обеих сторон, – экспертов и слушателей – доставил истинное удовольствие всем.



Подробнее
Путь : Главная / Семинары / Региональные семинары / Российский регион в глобальном мире / Отзывы
Россия, Москва, Старопименовский переулок дом 11 корп. 1, 2-й этаж,
  телефон: +7 (495) 699-01-73
Все материалы на данном сайте опубликованы некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента. Указано согласно закону №121-ФЗ от 20.07.2012 в результате принудительного включения в реестр