Андрей
Владимирович Колесников

Мы очень гордимся первопечатником Иваном Федоровым, но забываем о давней ксенофобской и антизападной традиции, которая тоже связана с его именем: в 1565 году «консолидированный» вокруг царя народ, возмущенный влиянием «иностранных агентов», разрушил книгопечатный станок Федорова

Русский человек начал вставать с колен – а у него рубль упал. Если бы он у него упал 15–16 лет назад, русский человек проклял бы «воровской режим». Теперь же русский человек и не думает возмущаться

Гонка санкций второй «холодной войны» заменила гонку вооружений первой «холодной войны». И она может иметь не менее разрушительные последствия

Как говорил по схожему поводу, обращаясь к России после парламентских выборов 1993 года и успеха ЛДПР Юрий Карякин: Великобритания, Дания и особенно Франция — вы одурели!

«Границы» — отныне ключевое понятие в российском массовом и элитарном сознании. И прежде всего — границы ментальные. Вплоть до — пока виртуального — железного занавеса. Вплоть — до пока виртуальной — Берлинской стены

Холодная война будет настоящей. Разворот над Атлантикой, совершенный когда-то Евгением Примаковым, завершился крымским кризисом, патриотическим угаром и самоизоляцией России

Рано или поздно персоналистский режим приходит если не к войне, то к идее войны. Это и способ мобилизации населения, и метод сплочения граждан вокруг лидера

Права русских по-настоящему, а не так, как на Украине, нарушались в том же Туркменистане. Но никто и не думал вводить туда войска. Потому что, как выразился один коллега, там — газ. И там — китайцы, а это вам не Обама

Украинский Майдан, развернувшийся в революцию, обнаружил кризис лидерства. И это вообще типичная черта современного мира, где, кроме г-жи Меркель, практически не осталось лидеров, способных формулировать правила игры

Война — чувствительный вопрос для сегодняшней власти. За счет войны нынешняя власть питает свою харизму — как если бы ее представители лично прорывали блокаду